Bannenberg & Rowell

Основатель

Jon Bannenberg (студия с начала 1960-х)

Нынешние руководители

Dickie Bannenberg и Simon Rowell

Переименована

в Bannenberg & Rowell в 2003 году

База

Фулем, Лондон

Дисциплины

дизайн экстерьера и интерьера, новострои и рефиты

Знаковые яхты

Valor (79,5 м), Renaissance (112 м), Avantage (87 м)

Наследие

Jon Bannenberg, которого называют отцом современного яхтенного дизайна

Jon Bannenberg landmark

Nabila, 85.9 m, Benetti, 1980, now sailing as Kingdom 5KR

Renaissance, 112 m, Freire Shipyard, 2023: exterior and interior, and the largest superyacht built in Spain

Avantage, 87 m, Lurssen, 2020

exterior and interior

Valor, 79.5 m, Feadship, launched May 2025: interior, under a Studio De Voogt exterior and naval architecture

Other interior-only work

Predator (72.8 m, Feadship, 2008) and Scott Free, delivered as Elandess (60 m, Abeking and Rasmussen, 2009)

Team

twelve people as described by Forbes in February 2017. The studio publishes no current headcount (checked 28 July 2026)

Design fee

not published. Market band 1 to 5 per cent of build cost, plus 2 to 4 per cent project management, both outside the yard price (SuperYachtReview 2026 price guide, updated March 2026)

On a refit, ownership of the original designer's as-built drawings sets the cost of the project and should be established before the design contract is signed

Наследник отца современной яхты

Jon Bannenberg основал студию в начале 1960-х и за следующие десятилетия переопределил то, как проектируют яхты. Его широко считают отцом современной суперъяхты, и его влияние проходит через изрядную часть отрасли. Сегодня практику ведут его сын Dickie Bannenberg и дизайнер Simon Rowell. Оба много лет работали рядом с Jon, прежде чем встать у руля. Dickie Bannenberg проработал бок о бок с отцом почти два десятилетия, прежде чем возглавить фирму.

Студию переименовали в Bannenberg & Rowell в 2003 году, через год после смерти Jon Bannenberg. Она базируется в лондонском Фулеме и работает и над яхтами, и над наземными проектами. С момента переименования она сдала около сорока яхтенных проектов, считая новострои и рефиты. Наследие основателя остаётся живой частью идентичности студии. Нынешняя команда относится к этому наследию как к обязанности развивать, а не как к трофею, которым торгуют.

Творчески и доступно

Студия описывает свою работу как творческую, современную и доступную и сопротивляется единому застывшему фирменному стилю. Она проектирует и интерьеры, и экстерьеры и любит давать каждой яхте отдельный характер. В работах часто есть остроумие и цвет, что отличает её от более серьёзных соперников. Эта открытость отражает дух, которым был известен её основатель. Jon Bannenberg ломал правила своего времени, и студия до сих пор сопротивляется тому, чтобы осесть в одной формуле.

Бюро одинаково уверенно берётся и за смелый рефит, и за новострой с нуля. Каждое задание оно рассматривает на его собственных условиях, а не накладывает шаблон. Такая гибкость дала разнообразное и живое портфолио. Студия ценит идеи выше формулы. В руках студии смелый рефит может оказаться не менее изобретательным, чем новострой.

Революция Jon Bannenberg, продолженная с остроумием и цветом.

Разнообразное портфолио

Среди построенных работ студии 79,5-метровая Feadship Valor и 112-метровая Renaissance с верфи Freire. Рядом с ними стоят 87-метровая Lurssen Avantage и 60-метровая яхта Abeking and Rasmussen Elysian, ранее Elandess. Диапазон размеров дополняют меньшие яхты Heesen и Feadship. Разнообразие верфей и размеров впечатляет. Работа со столькими разными строителями - признак студии, которой доверяют широко, а не привязанной к одной верфи.

Собственные знаковые яхты основателя, вроде многократно обсуждавшейся Nabila 1980 года, остаются точками отсчёта в истории отрасли. Нынешняя студия развивает это наследие собственной чередой новых работ. Её рефиты дали новую жизнь ряду возрастных яхт. Портфолио читается как изобретательное, а не повторяющееся. Студия скорее удивит владельца, чем повторит себя от проекта к проекту.

Владельцы, верфи и рефиты

Bannenberg & Rowell работает с широким кругом верфей в Нидерландах, Германии и других странах. Готовность браться и за рефиты, и за новострои расширяет круг владельцев, которых она обслуживает. Студия общается с владельцами расслабленно и в связке. Эта доступная манера - часть её притягательности. Владельцы описывают работу со студией как лёгкую и приятную, а это важно на постройке, которая тянется годами.

Бюро сохраняет участие от концепции до сдачи и на новостроях, и на рефитах. Его дизайнеры оберегают характер схемы через долгий процесс постройки. Широта студии позволяет ей подстраиваться под очень разные задания. Эта универсальность держит её портфель заказов разнообразным. Работа и с новостроями, и с рефитами расширяет круг владельцев, которых студия может обслужить.

Наследие, которое несут дальше

У студии особое место как у прямого потомка революционной практики Jon Bannenberg. Эта родословная даёт ей авторитет, на который мало кто может претендовать. Под руководством Dickie Bannenberg и Simon Rowell она построила собственную репутацию, а не торгует прошлым. Равновесие наследия и свежей работы - её сила. Торговать одним прошлым было бы лёгким путём, и студия явно его не выбрала.

Бюро продолжает сдавать новострои и рефиты ровным темпом. Творческий доступный стиль сохранил её актуальность через два поколения. Имя Bannenberg по-прежнему имеет вес во всей отрасли. Студия остаётся отдельным голосом в яхтенном дизайне. Два поколения спустя имя Bannenberg всё ещё означает делать вещи немного иначе.

Valor, and interiors inside other people's boxes

Valor was launched by Feadship in May 2025 at 79.5 metres and 2,025 GT over six decks, with Studio De Voogt taking the naval architecture and the exterior and Bannenberg and Rowell the interior. She has a two metre ice belt above and below the waterline and a Bureau Veritas Young Ice 2 notation, which qualifies her to transit the Northwest Passage. Her propulsion is diesel-electric hybrid with four variable-speed generators, a water-cooled lithium-ion battery bank, a solar array on the mast and twin Schottel azimuthing thrusters, and Feadship quotes zero-carbon operation for up to two days.

An explorer interior is a distinct discipline. Furniture has to be secured for conditions a Mediterranean yacht never sees, surfaces have to survive wet gear and cold, and the crew spaces carry a heavier load because the boat is used harder. The studio has similar work behind it. Predator, 72.8 metres from Feadship in 2008 and the first Feadship delivered with a reverse bow, carries a Bannenberg and Rowell interior and took a Neptune at the World Superyacht Awards in 2009.

Refits, which many studios avoid

The office takes refits as readily as new builds, and that is unusual at this level. Predator returned to Feadship in 2016 for a refit that added two guest suites. Scott Free, the 60 metre Abeking and Rasmussen delivered in 2009 as Elandess with a Donald Starkey exterior, carries a Bannenberg and Rowell interior.

Refit work is a harder brief than a new build and it pays less. The structure, the systems and the deck heights are fixed, half the drawings are missing or wrong, and every discovery on site costs money that was not budgeted. A studio willing to do it is a useful appointment for an owner buying a good hull with a tired interior, which at current new-build prices and delivery slots is an increasingly sensible route into a large yacht.

How a commission runs, and what it costs

The studio works closely and informally with owners from concept through delivery, on new builds and refits alike, and its designers stay on a project through construction to protect the scheme. There is no naval architecture in house, so the yard or an outside office holds the hull, the structure and every performance guarantee in the build contract. On a Feadship the platform comes from Studio De Voogt. Commercially the design agreement is separate from the build agreement and is signed and paid first, in stages, which means an owner can stop after concept for the price of the concept and can take the drawings to more than one yard for quotation, subject to the confidentiality undertakings the studio will require.

No studio at this level publishes a fee scale. The market band is 1 to 5 per cent of build cost for the designer and 2 to 4 per cent for project management, both outside the yard's quoted price, per the SuperYachtReview guide updated March 2026, and a mandate covering exterior and interior sits in the upper half of it. A refit is a different animal. It is faster, far less predictable, and the design fee is a smaller number attached to a much larger unknown, because a refit specification is written against a boat nobody has fully opened up yet. A contingency of real size should be budgeted and expected to be used.

Recognition, and who it does not suit

The studio's work has been recognised repeatedly, including the Neptune for Predator in 2009, and the Bannenberg name still carries weight across the industry. Awards are worth a narrow amount to an owner, confirming a finish standard and helping a broker at resale. The more useful signal is the spread of yards, which runs from Feadship and Lurssen to a Spanish builder and a German one, on new builds and refits alike.

This studio does not suit an owner who wants to buy a recognisable signature, because the practice deliberately does not have one. It does not offer naval architecture. It is not the obvious choice above about 112 metres, and it is not a sailing yacht office. Anyone who wants formal, polished grandeur will find the work too playful for the brief.

Two principals, an archive, and what the contract should cover

The practice runs on two named people, a director and a creative director, in a studio Forbes described as twelve strong in February 2017, and no current headcount is published. That concentration is part of what an owner is buying and it is also a risk that the standard documents ignore. The ITIC standard trading conditions for naval architects, dated 8 July 2025, cover intellectual property and cap liability at ten times the consultant's charges or GBP 100,000, whichever is higher, and say nothing about the unavailability of a named principal. Commercial consultancy handles this routinely, treating death or long incapacity of a key person as a termination event and requiring a replacement of equal standing subject to the client's approval.

The drawing question is sharper here than at most studios because of the archive. Copyright normally stays with the designer, with the owner licensed to build one hull, and superyacht practice at its best converts that into an exclusive, irrevocable and assignable licence, which is the standard clause Federico Santini describes in Barche magazine in August 2018. On a refit the same logic applies to the original designer's drawings, which the studio will not own and may not be permitted to copy. An owner buying a good hull that needs a new interior should establish who holds the as-built drawings before he signs anything, because that answer sets the cost of the whole project.

No signature means nothing to date

The deliberate absence of a house style is the most resale-friendly position in the directory, and almost nobody buys it for that reason. A boat that does not announce a studio also does not announce a decade. There is no fashionable silhouette to fall out of fashion and no theme the next owner has to either adopt or rip out. Ocean Independence, on 11 May 2026, ranks builder pedigree, specification and condition above cosmetic detail in what holds value, which is a polite way of saying the market prices the boat and not the byline. Work that is unformulaic by intention slips through that filter without a penalty.

Against that, the Bannenberg name still carries with brokers and with the trade, and it earns a hearing that an unknown studio would not get. The one place the approach costs money is with a buyer who wants to be told what he is looking at. Something recognisable is easier to market in a listing photograph, which matters when the median yacht of 24 metres and over took 277 days to sell in 2025 against an average of 487. A characterful boat with no obvious label needs a broker willing to explain it, and is worth more to the buyer who works that out for himself.

Для кого: Владельцы, которым нужен изобретательный характерный дизайн с чувством юмора, на новострое или на рефите.